Актуальность проблемы противодействия преступности в сфере жилищно-коммунального хозяйства (ЖКХ) обусловлена повышенной социальной значимостью данной сферы экономики, а также последствиями ее криминализации, которые потенциально могут повлечь нарушение процессов нормального обеспечения населенных пунктов жизненно важными коммунальными ресурсами, что, в свою очередь, приводит к росту социальной напряженности в обществе, подрывает доверие граждан к власти.В настоящей статье мы хотели бы кратко привести основные криминологически значимые признаки преступности в сфере ЖКХ, позволяющие построить ее криминологическую характеристику.Проблемам изучения преступности в сфере ЖКХ был посвящен ряд исследований. Так, уголовно-правовые аспекты отражены в работах В.И. Тюнина, В.В. Шиханова, В.В. Казакова и др. Проблемы выявления и расследования указанных преступлений были исследованы В.А. Коллантаем, К.А. Титовой, Т.Ф. Гелюс, Д.Н. Маринкиным, Г.А. Алиевой, К.И. Богомоловой и др. Криминологическим аспектам преступности в сфере ЖКХ уделено значительно меньшее внимание со стороны ученых-исследователей, среди них следует отметить работы Е.А. Сизых, Д.С. Саркисовой, Ю.В. Быстровой. Перед рассмотрением основных показателей необходимо отметить существующую в настоящее время проблему отсутствия единых критериев отнесения преступлений к группе совершенных в сфере ЖКХ [1], что приводит к неоднозначности криминологического учета данных преступлений. В связи с этим основные показатели данного вида преступности, приводимые различными авторами, значительно различаются. В нашей статье под преступностью в сфере ЖКХ мы понимаем негативное социально-правовое явление, обусловленное общественно опасными посягательствами на совокупность общественных отношений, возникающих в сфере жилищно-коммунального хозяйства, непосредственно связанными с нормальной работой инженерной инфраструктуры, содержанием и ремонтом зданий и сооружений в населенных пунктах, предоставлением услуг, обеспечивающих удобство и комфорт проживания. Как нами отмечено выше, среди авторов, исследовавших проблемы противодействия преступности в сфере ЖКХ, нет единого мнения об ее уровне и показателях. Д.Н. Маринкин полагает, что она занимает 2-е место среди всех экономических преступлений [2]. С указанным мнением не согласен В.А. Коллантай, полагая, что число преступлений указанной группы не превышает 0,18% от общего числа зарегистрированных на территории Российской Федерации, при этом отмечает значительный рост за последние 5 лет (с 0,12% до 0,18%) [3]. С.Г. Еремин отмечает повышение доли выявленных преступлений в сфере ЖКХ (до 48%) среди общего числа экономических при общем снижении количества преступлений, выявленных подразделениями экономической безопасности и противодействия коррупции [4]. Д.С. Саркисова оценивает уровень преступности в сфере ЖКХ от 1 до 1,9% [5]. Несмотря на такие различия в оценках, все авторы сходятся во мнении о том, что реальный уровень преступности в сфере ЖКХ значительно выше в силу высокого уровня латентности.Одной из отличительных черт преступности в сфере ЖКХ является ее сущность городской преступности. Проведенным Е.А. Сизых исследованием установлена прямая зависимость числа зарегистрированных преступлений в сфере ЖКХ от размера населенного пункта, она сохраняется также в зависимости от уровня урбанизации регионов [6]. Это связано прежде всего с генетической природой самой отрасли ЖКХ, так как в городских поселениях расположены основные производственные мощности, инфраструктура, компактно проживают основные потребители. Последнее позволяет концентрировать значительные поступления денежных средств за оказанные жилищно-коммунальные услуги, которые в дальнейшем, как правило, и становятся предметом преступных посягательств. Необходимо отметить свойственный преступности в сфере ЖКХ (как, впрочем, и другим видам экономической преступности) высокий уровень латентности. Существующие в настоящее время методики оценки уровня латентной преступности весьма несовершенны, в связи с чем любые результаты их применения достаточно условны. Однако, исходя из серьезных предпосылок высокого уровня преступности в сфере ЖКХ, можно судить о несопоставимости масштабов скрытой и зарегистрированной части совершенных преступлений. Ю.В. Быстрова оценивает уровень незарегистрированных преступлений в сфере ЖКХ от 60 до 70% [7, с. 121]. С.М. Иншаков в своих оценках экономической преступности называет их уровень до 80-90% [8, с. 79].Помимо прочего, необходимо отметить такой признак, характеризующий преступность в сфере ЖКХ, как профессионализм. Сфера ЖКХ является одной из сложнейших составляющих экономики, что связано с комплексным правовым регулированием, техническими процессами, связанными с производством и поставкой коммунальных ресурсов, и эксплуатацией жилого фонда. Большая часть преступлений в сфере ЖКХ совершается профессиональными участниками экономических отношений – руководителями организаций и предприятий сферы ЖКХ, то есть лицами, обладающими специальным техническим образованием, обширными знаниями в области функционирования системы ЖКХ, а также смежных областях – права, экономики, налогового и бухгалтерского учета [9, с. 52]. Сама суть экономической преступности, которая носит ярко выраженный интеллектуальный характер, привела к формированию особого типа преступника [10], осведомленного обо всех дефектах экономических отношений отрасли, обладающего лидерскими качествами, обусловленными как занимаемым социальным и должностным положением, так и объективной профессиональной компетенцией. Следующей особенностью преступности в сфере ЖКХ следует отметить ее продолжающийся характер. Сама сущность непрерывных экономических и производственных процессов в сфере ЖКХ обусловливает направленность на долговременное систематическое извлечение преступных доходов [11]. Она заключается, во-первых, в цикличности наполнения отрасли финансовыми ресурсами, а также в возможности преступником самостоятельно создавать механизмы скрытого и систематического хищения. Также следует учитывать тесную связь рассматриваемого вида преступности с теневой экономикой. При этом существует отрицательная динамика ухода денежных средств из сферы легальной экономики в теневую, отражающаяся в снижении показателей налогооблагаемых доходов одновременно с увеличением объемов рынка. В комплексе это свидетельствует о высоком уровне концентрации теневого капитала в отрасли [12]. При этом криминологическое значение имеет не сам факт сокрытия доходов от учета и контроля со стороны государства, а создаваемые при этом предпосылки для формирования преступниками резервов для хищения. Это, в свою очередь, является также одним из факторов уже отмеченного нами ранее высокого уровня латентности указанного вида преступности. Пользуясь классификацией, предложенной В.М. Егошиным, теневая экономика в сфере ЖКХ выражается в форме «криминализированной экономики» – легальной предпринимательской деятельности с внедрившимися в нее криминальными отношениями [13].Преступность в сфере ЖКХ имеет тесную связь с экономическими дефектами, являющимися следствием проводимых социально-экономических реформ [14]. Данная зависимость исходит от экономической природы преступности в исследуемой области, определяющей родовой объект как экономические отношения, складывающиеся в сфере обеспечения населения коммунальными услугами и ресурсами. Исходя из этого, можно проследить и обратную зависимость, когда криминализация какого-либо сектора экономики сама по себе тормозит ее развитие.Установленные нами криминологические признаки преступности в сфере ЖКХ, сближающие и выделяющие ее среди других видов экономической преступности, позволяют выделить факторы, оказывающие детерминирующее влияние на криминогенную ситуацию в отрасли, сформулировать основные направления государственной уголовно-правовой политики и криминологической коррекции.